Клуб экстремального отдыха "Мустаг"

…При первом взгляде поражает присутствие почти во всех композициях, за крайне редкими исключениями, фигуры свастики, простой и усложненной, исполненной всеми видами старой техники…

…Безусловно, это была магия, поскольку магична сама обрядовая роль этих вышитых полотенец и опоясков. Но это было противостояние. В наши дни, когда «змеиный» знак вновь распространяется по Алтаю и шествию его активно способствуют многие русские люди, противостоять уже некому…

В 1927 году на юго-западном Алтае работала этнографическая экспедиция Казахстанской Академии наук под руководством С.И.Руденко. Ее результатом стал выпущенный в 1930 г. в Ленинграде сборник «Бухтарминские старообрядцы», где среди прочих статей помещалась работа Е.Э.Бломквист «Искусство бухтарминских старообрядцев».

Разбирая старообрядческий орнамент, автор видел в его основе два главных элемента: «репей» (ромб с крючками) и свастику. «При первом взгляде, – пишет он, – поражает присутствие почти во всех композициях, за крайне редкими исключениями, фигуры свастики, простой и усложненной, исполненной всеми видами старой техники… Мало того, и в новых работах – в вышивке крестом на мужской рубахе, на полотенце в вязаном крючком «галунце» и проч. мы видим ту же свастику. Сами кержачки называют различным образом варианты такого узора, в зависимости от числа «крюков» (загнутых концов): четырехкрюшный, восьмикрюшный, двенадцатикрюшный…» Что касается «репьев», то они, «варьируемые самым разнообразным способом, встречаются главным образом в узорном тканье: в шитье этот мотив встречается реже – там безраздельно царствует свастика.»

«Следует отметить, – далее говорит Бломквист, – что эти фигуры орнаментики крайне типичны для великорусского орнамента… Тем не менее, бухтарминская вышивка целиком не совпадает ни с северной, ни с южной (великорусской вышивкой), так как на Бухтарме не встречается кроме свастики и «репья» других элементов южно-великорусского геометрического орнамента и абсолютно неизвестен весьма типичный для севера фигурный орнамент… У бухтарминцев в их тканье и вышивке мы имеем одну из крайних степеней развития в чистом своем виде группы геометрического орнамента (свастика и «репей»), все элементы которого имеются и в северно-великорусской вышивке, но часто остаются в ней незаметными, заслоненными более заметным и бросающимся в глаза фигурным шитьем.» Бломквист предполагает, что подобный орнамент «является по-видимому древнейшим из тех способов украшения одежды, которые известны в настоящее время у восточных славян, хранящим и древнейшие же, возможно, наиболее типичные для восточных славян, элементы и композиции геометрической орнаментики.»

Таким образом, оказывается, что из всего многообразия русских орнаментов, известных в Европейской России, в местах, откуда переселились на Алтай старообрядцы, была взята очень аскетичная, небольшая группа узоров, которая и стала господствовать на новом месте. Это явление можно объяснить трояко. Во-первых, оно объясняется условиями переселения, отрывом от корней, когда и из домашней утвари, и из культурной среды было захвачено лишь самое главное, имеющее первостепенную важность. Во-вторых, здесь, возможно, сказалась идеология старообрядчества, их стихийный традиционализм и аскетизм. В-третьих, на выбор орнамента могли повлиять новые условия жизни, либо контакты с местным населением. Нам представляется, что действовали все три фактора. Но, что касается последнего, влияние его было весьма специфичным.

Старообрядцы не могли заимствовать культуру у местного населения или неких центральноазиатских миссионеров (как то полагал Н.К.Рерих) по очень простой причине. Живя в условиях антихристова царства, они не принимали вообще ничего чуждого. Тем более, они не могли делать заимствования у язычников, буддийцев или мусульман. Но местные условия, видимо, повлияли. Старообрядцы построили свою культуру не столько благодаря новым контактам, сколько вопреки, с целью противостояния.

В XVII в. знак свастики был широко распространен на тамгах угорских народов, живущих вдоль Оби. Этот знак носил сакральный характер, употреблялся для подтверждения клятвенного обещания и назывался «скобелем». К XVII в., судя по всему, первоначальное значение свастики было забыто угорскими народами, а позднее этот знак почти исчез из орнаментики обских угров. «Примечательно, что в это же время свастики у мордвы и черемисов не было вообще. Среди довольно большого числа известных нам тамг финно-угорских народов Поволжья знаков свастики нет». Фигура пришла на Обь из древности. На городище Ангальского мыса усть-полуйской археологической культуры были найдены костяные инструменты в виде плоских ложек, изображения на которых полностью повторяли бухтарминскую «восьмикрюшную» свастику. Эти инструменты и назывались «скобелями» (скребками). Симченко полагал, что эти скребки были связаны с космологическими представлениями угров и отождествлялись с созвездием Малой Медведицы (связанным, в свою очередь, с Полярной звездой – знаком Полюса Мира). Аналогии этим представлениям прослеживаются в Египте, где священный скребок был земным воплощением Большой медведицы.

Для нас сейчас особенно интересно то, что знак «скобель» часто употреблялся обскими уграми в сочетании со знаком «шайтанская рожа». Грозному божеству «шайтану» в древности приносились жертвоприношения у угорских народов. Видимо, это был аналог алтайского демона Эрлика, а знак был его символом. Сам же знак представлял собой три черточки (точки трудно обозначить, вырезая на дереве, коже или металле). Три черточки, расположенные треугольником.

Рассматривая зарисовки старообрядческих вышивок, сделанные на Рудном Алтае, я всегда поражался выраженной ритмичности, антиномичности узора. Во-первых, это проявляется в чередовании контрастных цветов, обычно – синего и красного. Свастика всегда находится в центре композиции, но светлая свастика неизменно чередуется с темной, Во-вторых, бросается в глаза противопоставление центра – периферии, свастики – ромбу. «Ромб с крючками» (»репей») – руна «ing» арийской традиции – знак низведения Неба на землю. В сочетании с дугой (загнутые концы «крючка») символ означает финальную диссолюцию мира, конец богов и людей. Руническое сочетание читается как NUL. В обьятиях «дуг» заключается темная свастика, ночной, подземный полюс.

Странно не то, что алтайские старообрядцы пользовались арийскими рунами, и символикой древнейшей традиции. Поражает удивительная согласованность их собственной жизненной идеологии и тайного смысла орнамента. Пребывая в сердцевине «царства Антихристова», в глубине «темных времен», полуграмотные староверы ставили в центр ромба свастику светлого полюса, укреплялись в противостоянии нисхождению. Орнамент утверждает победу свастики над ромбом, а обращенные к центру воздетые руки воскресающей руны madr -»человек» в сочетании с соседними знаками образуют начальные буквы имени Иисуса – KRIST. Торжество свастики в узоре посрамляло вынесенные на периферию «змеиные» знаки треугольников и зигзагов, мотив «шайтанской рожи» низвергался на свое первоначальное место – в преисподнюю, на бордюр вышивки. Безусловно, это была магия, поскольку магична сама обрядовая роль этих вышитых полотенец и опоясков. Но это было противостояние. В наши дни, когда «змеиный» знак вновь распространяется по Алтаю и шествию его активно способствуют многие русские люди, противостоять уже некому.

Благодарность за материалы Иванченко В.Г.