Клуб экстремального отдыха "Мустаг"

На этой неделе в Екатеринбург вернулась исследовательская группа «Команды Искателей Приключений» из очередной этнографической экспедиции «Манси – лесные люди». Участники в этой поездке занимались составлением генеалогии мансийских родов, сбором фотоматериалов, выяснением особенностей изготовления бытовых предметов и ручной обработки шкур, а также многими другими вопросами этноса манси. Представляемый отсчёт лишь небольшая заметка о результатах экспедиции.

Затяжная зима и не определившаяся весна не давали возможность съездить на север. Но вот в конце марта мы наконец-то вырвались. Целую неделю нас не было в Екатеринбурге. Были отключены мобильные телефоны, мы не отвечали на электронные письма, и, конечно же, не писали. Тому была причина: мы с Натальей Бердюгиной в прошлое воскресенье 28 марта отправились в очередную этнографическую (мансийскую) экспедицию.

Север нас не разочаровал. Современные «ворота» в мансийский «мир» (город Ивдель), конечно, преподнесли свои сюрпризы, но за несколько лет активных путешествий и скитаний на севере мы привыкли ничему не удивляться и принимать все непредвиденное как должное.

Вахтовка, задержавшаяся изначально на неопределённое время, всё же уносила нас в последние селения области. Мы с нетерпение ждали встречи с манси. Вопросов к ним накопилась масса, да и многое хотелось посмотреть самим. Этих аборигенов Урала в нашей области осталось немного. А этнических манси, т.е. относительно чистокровных, и того меньше. Традиционный для этого народа уклад жизни утрачен, поэтому судьбы у каждого складываются по-разному, но уже в «цивилизованном» варианте. И это плохо: манси так и остаются лесными людьми. Людьми, между нашей цивилизацией «каменных джунглей» и их древней «цивилизацией на болотах».

С собой мы везём более тысячи архивных фотографий, которые хотели бы показать «лесным людям». И не из-за праздного любопытства: нам нужна помощь этого народа, т.к. кроме исследований современного восприятия мира (в том числе и сквозь призму мифологического наследия), очень интересен и другой аспект – генеалогия мансийских родов. Попросту, кто кому кем приходился. На фотографиях разных лет (от 20-30 годов ХХ века до современных снимков), доставшихся нам из разных источников (за что огромная благодарность всем, кто поделился этими фото с нами!), запечатлены незнакомые манси. Кто-то из них в современной одёжке, а кто-то в традиционной. Опознать их – только половина дела, точнее даже малая толика. Необходимо создать настоящее родовое древо древних осколков семейного уклада вогульского таёжного мира. А самой главной целью станет исследование «Истории народа в лицах». И кажущаяся скукота этой «пыльно-архивной» работы быстро исчезает, когда начинаешь разбираться с манси, разглядывая старинные фотокарточки. Да и они сами легко и незаметно для себя включаются в эту игру-угадайку. Порой очень непросто определить тех, кого неведомые фотографы сумели запечатлеть на фоне чумов на хребте или в мансийских паулях (поселениях). И, конечно, могут помочь нам в этом только манси, да и, то только старики. Но мансийцев преклонного возраста остаётся всё меньше и меньше. И это не добавляет оптимизма в нашу работу. Наоборот, подгоняет, заставляя двигаться в спешном режиме, пытаясь ухватить «вчерашний день».

Работы в этой поездке было очень много. Мы разобрались с большими и разветвленными родами Хандыбиных и Самбиндаловых, а также с частью информации о роде Куриковых. Но поскольку манси помнят только часть истории о своих предках, нам удаётся создать родовые древа только с определённого момента, а ранее – неизвестность. Проблему эту не решают даже многочисленные переписи разных лет, поскольку эти «списки по головам» не подразумевали под собой задачу проследить родственников описываемых манси. Только близких – муж, жена, брат, сестра, дети. А вот дядья, тетки, кузены и кузины – уже тёмное пятно. Добавим, что манси достаточно свободно относятся в браку и деторождению, как в современном мире, так и в прошлом. Поэтому нас ждал настоящий семейный детектив «а-ля Агата Кристи», в котором очень непросто разобраться. Если честно, то мы можем с уверенностью сказать, что мир манси – это одновременно настоящий котёл страстей и клубок связей.

В этой нелёгкой работе мы порой устраивали для себя передышку, стараясь задать каверзные вопросы о современном поклонении родовым духам. Далеко не каждый готов из манси рассказать об этом, но часть информации «выудить» всё же удалось. Например, они также как и в древности выливают фигурки лосей (быков и самок), отправляясь на охоту. Правда, сейчас отливки делают из свинца. Но также вплавляют в фигурку зверя монетки из пупынгов (идолов), принесённых им в качестве ритуальных подношений ранее.

Или о другой стороне привычного мировоззрения: продолжают традицию «левобережных» поселений по реке Лозьва, не селясь по правому. И также питаясь рыбой из Пелыма, нежели из Лозьвы. В этом упорном нежелании угадываются древние корни, о которых современные манси неохотно разговаривают, стараясь отшутиться либо замыкаясь в себе.

Работа экспедиции оказалась тем более успешной из-за нашего цикла мансийских публикаций в журнале «Уральский следопыт». Они с любопытством разглядывают свои изображения, а тот, кто хорошо читает – старается ознакомиться и с текстом заметки. По всему видно, что это им нравится.

Ещё одним неожиданным успехом стала «приобретение» короткой истории о малоизвестном человеке – Попове Павле Алексеевиче. Этот доктор оказался на севере Свердловской области в конце 40-х годов прошлого столетия. Будучи, видимо, настоящим эскулапом и неравнодушным человеком, отправился лечить манси в Суйватпауль (нежилой ныне посёлок) от эпидемии брюшного тифа. Заразился и…. довольно быстро «сгорел» от тифозной лихорадки. Всё, больше об этом человека ничего неизвестно. С собой в Екатеринбург мы увозим отсканированное изображение единственного сохранившегося фото этого человека, дабы изготовить современный снимок и овал на крест на могилу нашего коллеги-врача.

Среди приятных и интересных моментов экспедиции затесались и довольно грустные. Они связаны, прежде всего, с медицинским аспектом, точнее с его отсутствием. Население этих северных посёлков лечится самостоятельно и обследуется также – кто как сумеет. Уже не секрет, что процветает туберкулёз. Причём его открытая форма. Профосмотры не проводятся в течение последних пяти лет. Мы были свидетелями последнего и нерезультативного вояжа медицинской бригады с флюорографом в сентябре 2005 года. Тогда в этих деревнях не было более полугода света, а машина не имела генератора автономного питания, поэтому и не «сфотографировали» ни манси, ни другое население. Сейчас же ситуация по всем признакам «накалилась» – вот только развязка очень неприятна. Но дела до этого никому нет! Нет медицинской машины, нет денег на её приобретение, и нет желания порешать этот вопрос (ведь можно на худой конец арендовать этот автомобиль с флюорографом – ведь где-то он есть! Или в стране также как в этих селениях такая же напряжёнка?). Хотя решение этих вопросов и, прежде всего, осмотр и профилактика на туберкулёз в стране ещё никто не отменял!!!!!! И, в принципе, это неважно кого касается: манси или другого населения. Но воз и ныне там. Хотя с нынешней недели в Бурмантово собираются приезжать бригада фельдшеров для осмотра и консультации. И это огромный прогресс! Это не издёвка, а вздох – ну, наконец-то!

Другой печальный пример – отсутствие работы. Оттого и пьют. Причём по-чёрному. Существует чёткая организация доставки спирта-денатурата и его распространения. Это все знают, но бороться с этим некому. О существовании этого подпольного бизнеса знают и правоохранительные органы, но, видимо, им тоже выгодно это. По крайней мере, никто не пытается приостановить этот бесконечный алкопоток.

Но для нас стало отрадой общение с единственной «советской властью» (это я утрирую, конечно!) в посёлках – мэром Виктором Эмильевичем Пфлугфельдером и его супругой Валентиной Алексеевной. Их роль в современной жизни посёлков Бурмантово, Хорпия и Вижай неоценима. И это не только моё мнение. Как строить ледовую переправу, хоронить людей, поднимать упавшие столбы линии электропередач, да и просто когда нужна помощь люди идут к ним. И их отношение и жизненная позиция просто поражает! Без них те же самые пелымские манси просто погибнут, т.к. условия их выживания уже сильно изменились. Но об этом нужно разговаривать отдельно.

Ещё одним приятным моментом стал обмен подарками. Мы с собой привезли разнообразные презенты для бурмантовцев, хорпийцев и манси. В основном, продукты питания, большой и красивый цветастый платок для «всемансийской» бабушки Анны Кирилловне Хандыбиной, сладости, фотографии из прошлых экспедиций, даже суточные «солдатские» пайки для охотников-манси (отдельная благодарность за это Икрянникову О.В.) да и другие мелочи.

Нам же подарили мансийский платок, специально изготовленную для нас стружку, используемую в качестве гигиенических прокладок, которую мы привезли прямо на палочке, из которой её изготавливали (по-мансийский оссыйив) и берестяную пайву для сбора черёмухи. Также специально для нас Анна Кирилловна показала, как выделываются лосиные шкурки с помощью инструмента новтуп и доски, выструганной и приспособленной для этой цели.

Во время пребывания в этих посёлках мы решили, что неплохо будет привезти сюда свою собственную мансийскую фотовыставку из экспедиций разных лет, а также экспонаты нашего музея, чтобы проиллюстрировать культуру этого народа. Организовать «Выставку про манси для манси и всего населения этих удалённых посёлков». По крайней мере, мы почувствовали заинтересованность и поддержку, как стороны поселкового совета, так и со стороны жителей. Ориентировочно дата выставки была выбрана на 20-е числа сентября нынешнего года.

Экспедиция возвращалась обратно в мегаполис удовлетворённая, но обеспокоенная дальнейшей судьбой свердловских манси, т.к. мы не понаслышке знаем о настоящей помощи и отношением чиновников и уполномоченных по делам этого народа. Но мы знаем, что манси даже в этой непростой для них ситуации (равно как и для других нынешних аборигенов свердловского севера) выживают, хоть и с большим трудом. И, значит, у нас сохраняется возможность дальше исследовать «лесных людей».

Алексей Слепухин,
путешественник, врач,
действительный член Русского Географического Общества
директор Команды Искателей Приключений

Наталья Бердюгина,
действительный член Русского Географического Общества
замдиректора Команды Искателей Приключений
г. Екатеринбург