Путешествие без названия

5:10 пп Публикации

Для конкурса «Сибирские рассказы-2012»

Воспоминания о многих прожитых трудностях помогают пережить происходящие сейчас. Вот, мы, однажды, поехали с товарищем к Таловским чашам (это такой уникальный природный объект есть под Томском). Поехали на электричке, как студенты-геологи 1 курса, с целью сделать глазомерную поляр-ную топографическую съемку с геологическим описанием. Я тогда безумно и страстно увлекался ге-ологией, ездил на всякие конференции и имел несколько научных печатных работ в сборниках этих конференций.

Так вот. На руках у нас был лишь очень схематичный план тропы от железнодорожной станции с прямыми азимутами, а за спинами в рюкзаках лежали лишь продукты на перекус и 1,5 литра спирта. На улице был конец октября, по ночам уже случались заморозки, но днем солнышко еще немного грело. Поездка планировалась однодневная, вечером этого же дня мы должны были вернуться.

В электричке мы с Олегом (так звали – и зовут до сих пор – моего товарища) познакомились с ру-ководителем группы школьников из Питера, с которым нам, 17-летним мальчишкам, было очень ин-тересно общаться. А узнав, что он с группой едет так же к чашам, мы расслабились (человек бывалый, дорогу знает, ни к чему мучить компасы и снимать обратные азимуты). Так, проболтав всю дорогу, и добрались до пункта назначения. Потом мы разбрелись в лесу по своим делам и о Питерцах позабыли. За несколько часов сделали с Олегом съемку, описание района, намахнули по пол кружки спирта и стали готовиться в обратный путь на станцию. Но, для чего-то (до сих пор не знаю, для чего) решили по-дождать когда стемнеет. Темнело тогда уже в восемь часов вечера, а электричка в Томск шла около деся-ти. До станции – приблизительно три с лишним километра, и мы решили не торопиться. Не спеша мы двинулись в путь, но через несколько сот метров подошли к развилке – повороты вправо и влево -, на ко-торой ни я, ни Олег не имели ни малейшего представления, куда же нужно поворачивать. Так как тро-пы стало 2, то, соответственно, шансы повернуть не туда у нас были довольно реальные. Короче, 50 на 50. Вот это была головоломка! Обратных азимутов у нас не было, а на схеме мы так и не смогли найти эту развилку. К тому же, как назло, обе тропы были одинаково хорошо вытоптаны. Нервничать мы с Олегом пока не стали, а просто решили повернуть налево по шуточной логике: «Каждый мужчина имеет право налево!»… Долго шли по лесу. Очень долго. СЛИШКОМ долго, что бы понять, что что-то здесь не так. И, когда мы уже были готовы начать нервничать, впереди показалась поляна. А мы точно помнили какую-то поляну, когда шли ОТ электрички. Следовательно, если мы идем К электричке, то поляна дол-жна быть. Железная логика. И мы решили, что на верном пути.

Поляна была огромная. Точнее, это было поле. Над нами светила яркая полная луна (дело шло к заморозку), а под нами стелился густой-густой туман. Дорога вела куда-то вдаль. СЛИШКОМ вдаль, чтобы быть верной. И снова это нас не насторожило, и путь свой мы продолжили. Через некоторое время где-то далеко протяжно просвистела электричка. И лишь ТОГДА мы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОСОЗНАЛИ, что не правильно свернули там, в лесу. Таком черном и страшном теперь лесу (а с поля он именно таковым и выглядел). Выйдя на развалины какого-то одинокого заброшенного дома (вот уж повод поддаться па-нике от страха), мы решили посмотреть, сколько же сейчас времени.

Здесь я должен сделать два отступления, касающиеся часов, которые у нас были, и, собственно, для чего же мы смотрели время, если электричка уже ушла. Все дело в том, что, то ли от мороза, то ли от спирта (или от их совокупности), мой мозг сочинил информацию о том, что должна быть еще одна элек-тричка в полночь. А чтобы узнать, сколько же мы уже шарохаемся по лесам, да полям, нужно было уз-нать время. Так как ни у меня, ни у Олега не было наручных часов, а мобильники тогда были только у буржуев, мы вынуждены были взять с собой обыкновенный механический железный будильник: такой круглый, со звонком сверху.

И, взглянув на часы (было 22:35), мы приняли нелегкое решение двигаться в обратный путь, к злосчастной развилке. Подойдя к немой темной стене леса, страх все-таки добрался до нашего сознания, но делать нечего, нужно идти. И мы, на «три-четыре», побежали по жуткой лесной тропе, которая была еще и жутко узкой. А когда сильно страшно, то все русские люди обычно делают одно и то же: поют. Вот и мы кааак заавоопиилии на весь этот страшный лес своими еще более страшными голосами «На поле тан-ки грохотали…»! Картина, думаю, очень забавная, но нам тогда было не до смеха. Развилку мы просто пролетели, даже не останавливаясь на раздумья и передышку. А через некоторое время два орущих го-ре-геолога вывалились из этого «бермудского» леса на станцию. О, это были мгновения НАСТОЯЩЕГО счастья! Пропотевшие насквозь, с сорванными голосами мы ринулись к знаку с «расписанием движе-ния электропоездов Тайга – Томск». И здесь наши мгновения счастья закончились: знак сообщил нам, что следующая электричка будет только в 6:30. Вот это был облом! Постепенно осознавая происходящее и замерзая во влажной от пота одежде, мы стали озадачивать свои мозги на предмет поиска ночлега.

Следует отметить, что станция та состояла из пары-тройки домов, в которых проживали ОООЧЧЕНЬ странные люди. И, естественно, никто нас переночевать не пустил (они же странные). Лихорадочные поиски привели нас, в итоге, к дому, у которого стояла небольшая копна замечательного мягкого сухого сена. Как она манила наши взоры (тем более, что взоры от усталости закрывались). Но около дома на цепи сидела, по старой русской традиции, очень злая и, что самое раздражающее, громкая собака. При-шлось нам по-пластунски пробираться к этой копне и осторожно выкапывать в ней пещеру для ночлега. Когда дело было сделано, мы забрались в эту маленькую выемку, приняли положение эмбрионов (там было гипер-тесно), завели будильник на 6:00 и, под стук собственных зубов и проклятия в адрес мороза (не Деда Мороза, а просто – мороза), заделалили проход и попытались уснуть.

…Нас разбудил лай осточертевшей собаки, а собаку разъярил, видимо, мой кашель во сне. Через не-которое время мы услышали топот ног. Сосредоточились (от мороза и недосыпа у нас это получилось с трудом). Ног оказалось четыре. Собака, сообразили мы. Ноги подбежали к копне и стали чем-то (видимо, носом) тыкаться в мои ноги (которые я во сне вытянул, и они торчали из сена, тело же мое все так же по-коилось в недрах копны; Олег по-прежнему лежал в позе эмбриона, поэтому его не было видно). Первая отмороженная мысль, как сейчас помню: «Нюхает. Щас, если не покусает, то обописает – собаки всегда так делают». Но пес повел себя совершенно для нас не предсказуемо: он начал еще яростнее лаять. А через некоторое время послышались еще шаги, но уже двух ног. Шаги так же остановились около меня и наступило тяжелое молчание. Потом последовал небольшой удар по моему колену и вопрос не выспав-шимся хриплым голосом: «Ты кто?». Вторая моя отмороженная мысль: «Видимо, вопрос адресован мне. Претворюсь мертвым – может отстанет». Сильно я тогда мозги заморозил… Но через не продолжитель-ную паузу удар по колену и вопрос повторились. И тут не выдержал Олег: он стал очень активно вы-ползать из копны, при этом придумывая на ходу всяческие извинения. Вобщем, мы выбрались и уви-дели такого хмурого дядьку с вилами в руках и еще более хмурой собакой. Естественно, нам пришлось жалобно извиняться за то, что мы разрушили столь прекрасную копну и причинили сим вмешатель-ством в их спокойную размеренную жизнь столько беспокойства. Да тут еще, как назло, будильник заз-венел. Мы с Олегом стали психовать и пытаться его выключить, а дядька, видя все это, сначала ис-пугался и отпрянул (тогда была паранойя по терактам), но потом засмеялся, начал нас расспрашивать кто мы и откуда, и даже помог собраться к электричке. Расстались мы очень дружелюбно.

Забавное, наверное, зрелище мы представляли на станции, а потом и в электричке (которая была набита людьми, ехавшими на работу в Томск: был обычный понедельник – как известно, день тяже-лый). Но нас это абсолютно не волновало: попав в долгожданное тепло убаюкивающе покачивающегося электропоезда, я и Олег благополучно отошли в объятия Морфея.

На станции «Томск – 1» нас разбудили какие-то люди и мы поплелись в жэ дэ вокзал, что бы через большие окна оного наблюдать за прибытием троллейбусов и ожидать нужный нам номер этого вида транспорта. Но и здесь нас не оставили в покое: местный дежурный милиционер сверлил насквозь своим взглядом наши рюкзаки. Минут десять мы не могли понять, что же так пристально привлекает его внимание. В вокзале было тепло и тихо, и это помогло нам с Олегом сконцентрироваться на поиске ответа на этот вопрос. И ответ пришел скоро. В виде тиканья, которое раздавалось из моего рюкзака (напомню, что тогда была страшная паранойя по терактам). Решение этой проблемы было гениальным (ну, с нашей точки зрения): я попросил Олега посмотреть, сколько сейчас времени. Попросил довольно громко (милиционер услышал). Олег демонстративно достал из моего рюкзака будильник, пристально посмотрел на него (милиционер увидел) и сообщил который час. Вот и все. Но выражение лица того де-журного я запомнил очень хорошо: сначала это было смятение, а потом – добрая улыбка. И он оставил нас в покое, а мы побежали к нашему троллейбусу.

…В общаге друзья нас потеряли и поэтому спрашивали сначала только: «Где вы ночевали?», на что мы искренне отвечали: «В стоге сена». Тогда, эта маленькая спасительная копна казалась нам целым стогом.

Мы еще умудрились съесть по «Дошираку» и пойти на лекции! Которые, естественно, благополучно проспали на задних столах аудитории.

Позже, мы хорошенько отоспались в своей уютной ТЕПЛОЙ комнате в общаге, а вечером, выспав-шиеся и бодрые, начали разбирать свои рюкзаки и нашли … совершенно позабытый нами литр спирта! СПИРТА!!! Вот это было царское вознаграждение за наши мучения! Всю ночь мы пьянствовали под Pink Floyd с соседом по комнате и бурно рассказывали ему о нашем походе.

Месяца два после этого у меня была какая-то ужасная аллергическая реакция на мороз: при за-мерзании я начинал дико чесаться. Зато, приобретенный иммунитет психологически позволяет мне довольно легко переносить переохлаждения моего организма. А когда-то я был страшным мерзляком!

Зотов Дмитрий Иванович,
Междуреченск, 2009

Leave a Comment

Your comment

You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Please note: Comment moderation is enabled and may delay your comment. There is no need to resubmit your comment.