Пароход-ледокол «Ангара»

Оставшиеся верными Колчаку части от мятежников отделяла Ангара. Колчаковское правительство объявило Иркутск на осадном положении. Воинские части под руководством начальника гарнизона генерала Е. Г. Сычева заняли оборону в центре города, ожидая подхода семеновских и японских войск.

Сразу после начала восстания колчаковская контрразведка приступила к массовым арестам подозреваемых в участии по подготовке восстания. В течение дня, по разным источникам, было арестовано от 60 до 150 человек. Арестованные стали поступать в гостиницу «Модерн».

Отель «Централь» (по названию ресторана, расположенного в гостинице, часто называлась «Модерн»), где содержались арестованные

По свидетельству исполняющего обязанности председателя Совета министров А. А. Червен-Водали, арестованные «пользовались условиями совершенно приличными: пользовались пищей и помещением наравне с остальными воинскими чинами».

Вскоре арестованные были перевезены из гостиницы «Модерн» в казармы на Петрушиной горе, где в это время располагалось Оренбургское казачье военное училище, эвакуированное весной 1919 г. в Иркутск. А. А. Червен-Водали свидетельствует, что арестованные находились на «общем довольствии с юнкерами и вообще в полной сохранности и никаких неудобств не испытывали».

Между тем власть в городе уже всецело перешла в руки военных. 4 января 1920 г. начальник контр-разведывательного отделения штаба Иркутского военного округа штабс-капитан Д. П. Черепанов получил приказ генерал-майора Е. Г. Сычева покинуть Иркутск и переехать в Листвяничное, где поступить в распоряжение генерала Л. Н. Скипетрова. Туда же следовало доставить политических арестованных, в количестве 31 человека, для передачи их Л. Н. Скипетрову.

До Листвяничного арестованных везли на подводах под конвоем, назначенным контрразведкой. В Листвяничном их погрузили на пароход «Кругобайкалец» и перевезли на ст. Байкал, где разместили на пароходе «Ангара».

Пароход-ледокол «Ангара»

Видимо, здесь произошла замена конвоя: заключенные попали под охрану прибывших сюда семеновцев. Вечером 6 января ледокол отошел от пристани Байкал в направлении Листвяничного. По распоряжению командовавших на пароходе подполковника А. И. Сипайло и начальника гарнизона ст. Байкал штабс-капитана К. Ф. Годлевского, арестованных, раздетых до нижнего белья, по одному выводили на палубу, казак Лукин сзади ударял жертву по голове деревянной колотушкой, служащей для околки льда. После чего жертву сбрасывали за борт. Это массовое убийство продолжалось около часа. По свидетельству одного из палачей штабс-капитана Черепанова, шум и крик были редко слышны, так как пароход шел, переламывая лед толщиной 3 – 4 вершка.

В числе зверски убитых оказались такие видные эсеровские деятели, как Б. Д. Марков, П. Я. Михайлов, Н. П. Петров, Я. Ф. Терещенко, М. П. Храбров и Я. Я. Аунен. Среди погибших оказался отец выдающегося историка Сибири академика А. П. Окладникова учитель П. С. Окладников, служивший в Иркутске прапорщиком 56-го Сибирского стрелкового полка.

Вырезка из справочника «Весь Иркутск» за 1924 год:

В августе 1920 года трое из участников этой расправы были схвачены и по приговору Иркутского губернского ревтрибунала расстреляны.

В мае 1920 года в Омске состоялся суд над деятелями бывшего колчаковского правительства. Омский судебный процесс получил хорошую прессу. О нём много писали все без исключения губернские и уездные партийно-советские газеты Сибири, в том числе иркутская газета «Власть труда».

Вырезка из газеты «Власть труда» № 168, 1920 г

На этом суде вину за гибель арестованных пытались возложить на бывшего председателя Совета министров А. А. Червен-Водали.

Александр Александрович Червен-Водали

Несмотря на свидетельства самого А. А. Червен-Водали о том, что у него «была боязнь за судьбу арестованных» и, что он «в отношении этих арестованных принимал все меры, чтобы их оградить», а также несмотря на показания бывшего контрразведчика Базанова, что Червен-Водали был против выдачи заложников отряду генерала Скипетрова, А. А. Червен-Водали был приговорён к высшей мере наказания и расстрелян в Омске 23 июня 1920 года.

Источники:

1. «Процесс над колчаковскими министрами. Май 1920″. Москва, 2003 г.

2. Павел Новиков. Иркутск в огне гражданской войны.

3. Вендрих Герман Александрович «Декабрьско-январские бои 1919—1920 гг. в Иркутске».

4. Справочник «Весь Иркутск», 1924 год. Раздел «Календарь революции г. Иркутска (1917 — 1924 гг.)».

5. История ледокола «Ангара».

6. Газета «Власть труда» № 168, 1920 г.

Броневой отряд 5-й Красной Армии у Лагерного сада в Томске-весна 1920

Большая часть фотографий этой коллекции поступила в музей в 1920-ые и начале 1930-х годов из “Истпарта” (Комиссии для собирания и изучения материалов по истории Октябрьской революции и коммунистической партии).

Байбородин Николай Тимофеевич-член томской подпольной организации ВКП(б),расстрелян в Томске в июле 1919 года

В.Н.Чепланов с бабушкой

Чепланов Владимир Николаевич родился 15.04.1889 в Якутске. Окончил Томский Императорский Университет медицинский факультет. В апреле 1917 года – председатель Совета рабочих депутатов Томска.

Голиков Петр Клавдиевич

Голиков Петр Клавдиевич родился в 1888 году. Рабочий-печатник. В 1917 году солдат Томского гарнизона. Летом 1917 года избран председателем Томского гарнизонного совета коллегиального совещательного органа при начальнике Томского гарнизона.

Группа красногвардейцев и подпольщиков.Томск 1932 год

Группа партизан Горного Алтая

Группа участников партизанского движения в Горном Алтае. На вооружении они имели наряду с трехлинейными винтовками Мосина (у крайнего справа) старые винтовки Бердана (в центре) и ружье (штуцер) с ударно-капсульным замком (справа)

Группа сибирских Красных партизан

Второй слева в первом ряду сидит И.Я. Строд

Группа членов Временного правительcтва автономной Сибири

На первом плане, слева: Михаил Бонифатьевич Шатилов – активный деятель партии социалистов-революционеров, в 1917 году – член Учредительного собрания, в 1918 году –Министр внутренних дел Временного Сибирского правительства.

Жертвы граждансокй войны в Ново-Николаевске

Узники новониколаевской тюрьмы, расстрелянные при отступлении из города 9 декабря 1919 года “колчаковцами”

Зиссерман Матвей Леонтьевич (1894-1966)

Матвей Леонтьевич Зиссерман – член КПсс с 1917 года. Солдат, член военно-окружного комитета (Вокома) Омского округа Совета рабочих и солдатских депутатов. В период временного падения Советской власти в Сибири был в плену. Бежал к партизанам.

Конвой генерала А.Н.Пепеляева в Томске 22 сентября 1918 года

Конвой был сформирован в сентябре 1918 года из лучших бойцов томской дружины для сопровождения и охраны штаба командира первого Средне-Сибирского стрелкового корпуса генерал-майора А.Н. Пепеляева

Кривоносенко Дмитрий Иванович (1888-1918)-комиссар по борьбе с контреволюцией и саботажем

Кривоносенко Дмитрий Иванович в 1917 году вел революционную работу в Томске и Чите. Осенью 1917 года – секретарь рабочей секции Совета рабочих и солдатских депутатов Томска. В 1918 году – член штаба Красной гвардии в Томске

Курсанты 25-й военно-пехотной школы в Томске

Сидит В.М. Старков, стоит А.Князев. А.Князев – участник гражданской войны. В 1919 году был награжден почетным революционным оружием – шашкой. В 1920-е годы преподаватель Томской артиллерийской школы.

Манифестация 14 июня 1917 года в Томске

Театрализованное действие направлено против партии “Народной свободы” (кадетов). Участники митинга – солдаты

Манифестация Сибирского саперного полка

Манифестация Сибирского саперного полка. Томск, 7 марта 1917 года

Милиционеры

Милиционеры

Отправка на фронт женщин-добровольцев в ударный батальон М.Бочкавревой

М.Бочкарева – уроженка Томска, в 1914 году вступила в армию. В мае-июне 1917 года сформировала женский батальон, названный ее именем: “добровольческий женский батальон смерти Марии Бочкаревой”. В октябре 1917 года батальон был расформирован.

П.К.Лубков

Петр Лубков, крестьянин села Святославский Мариинского уезда. Весной 1919 года, командир партизанского отряда, действовавшего в Щегловском уезде. Летом и осенью 1919 года, командир партизанского соединения, действовавшего в Томском, Кузнецком уезде.

Парад частей особого назначения

В сформированную в Томске 7 апреля 1920 года Томскую коммунистическую бригаду особого назначения входили все коммунисты Томской губернии, способные носить оружие, поэтому во главе колонны войск ЧОН, кроме военных, помощник комиссара по продовольственному обеспечению.

Первый съезд командиров и административного состава частей обого назначения Томской губернии

Первый съезд Революционных комитетов Томского уезда

После падения власти адмирала Колчака началось воссоздание в Сибири органов Советской власти в форме Революционных комитетов. Ревкомы назначались на места политическими органами Красной армии с декабря 1919 года.

Передача знамени 25-ой Томской пехотной школы знаменщику школы

25-ая пехотная школа была образована из двух Сибирских пехотных курсов 5-й Красной армии. С 1920 по 1925 годы школа размещалась в Томске, затем была переведена в Омск.

Площадь Новособрания в день перезахоронения жертв колчаковцев

Снимок сделан в день перезахоронения погибших в марте 1919 года участников восстания против власти адмирала Колчака в Томске. В числе погибших были члены Томского подпольного комитета большевистской партийной организации.

Портрет партизан

Слева направо: Хлеборобов, Е.М. Мамонтов, И.Ф. Чеканов (начальник штаба Красной Армии), четвертый неизвестен.

Похороны красногвардейца

Похороны красногвардейца, погибшего при подавлении антисоветского выступления весной 1918 года.

Профессиональный союз горнорабочих Кольчугинского рудника

Раскопки могилы, в которой погребены жертвы колчаковских репрессий марта 1919 года

Слушательницы медицинских курсов

Смотр белогвардейских войск в Томске 22 сентября 1918 года

В центре (руки за спину, в защитной офицерской форме) командир корпуса генерал-майор А.Н.Пепеляев

Снятие царской символики с почтово-телеграфной конторы

Снятие царской символики с почтово-телеграфной конторы

Снятие царской символики со здания товарищества Треугольник

Снятие царской символики со здания товарищества Треугольник

Строд Иван Яковлевич(1894-1937)

Иван Яковлевич Строд – уроженец г. Мотсин Витебской губернии. Поляк. Образование начальное. Беспартийный. Персональный пенсионер РККА. Проживал в Москве. В 1937 году репрессирован, расстрелян 19.08.1937, реабилитирован 23.07.1957.

Томичи переносят тела расстрелянных в марте 1919 года участников восстания

Третьяков Аркадий Владимирович

Аркадий Владимирович Третьяков – красногвардеец, убит 10.06.1918 в Барнауле.

Участники первого съезда командиров частей особого назначения Томской губернии

В центре сидит командир полка (четыре “кубика” в петлицах)

Участники свержения Совесткой власти в городе Щегловске

После антисоветского выступления чехо-словацкого корпуса Советская власть пала в несколько дней по линии Транссибирской магистрали и в главных административных центрах Сибири.

Чехославацкий эшелон-Томск, лето 1918

Чехословацкий корпус, численностью около 60 тысяч человек, весной-летом 1918 года сыграл решающую роль в падении Советской власти в Сибири

Члены пртизанского отряда П.К.Лубкова

Группа партизан отряда Лубкова активно действовала против белогвардейских войск летом и осенью 1919 года на территории Мало-песчанного района Томской губернии

Шаламов Александр Иванович – старейший работник профессионального союза типографских рабочих

Александр Иванович Шаламов был рабочим-печатником. Член РСДРП (меньшевиков). В 1917 году – секретарь профсоюза рабочих, член Исполкома Совета рабочих депутатов. Осенью 1917 года перешел к большевикам.

Шишков Александр Васильевич(1883-1920)

Шишков Александр Васильевич родился в Москве. В 1911 году сослан в Нарымский край. В 1917 году – секретарь Томской организации РСДРП (объединенной). В декабре 1917 года направлен комиссаром в Нарымский край.

Экспедиционный отряд капитана В.А.Суворова

Отряд в количестве 370 человек летом 1919 года был послан из Томска на подавление крестьянского восстания в деревню Ксеньевка. Отряд нанес несколько поражений партизанским отрядам. Часть партизан отступила и объединилась с партизанами Кузнецкого округа.

Для современного человека, даже очень начитанного, мало что скажет имя – Николай Туроверов. Хотя одно из его стихотворений наверняка на слуху у многих из нас, потому что ежедневно звучит, поется. В честь своего пятнадцатилетнего юбилея группа «Любэ» выпустила в 2005 году новый альбом «Расея». На диске представлен дуэт Николая Расторгуева с Никитой Михалковым. Они исполняют песню на стихи Н. Туроверова, муз. И. Матвиенко «Мой конь».

Однако Николай Туроверов достоин, чтобы его имя знали не только как имя автора модной песни…

Николай Николаевич Туроверов. Донской казак, уроженец станицы Старочеркасской. Родился 18 (30) марта 1899 года. Закончил Новочеркасское реальное училище и 17-ти лет от роду зачислен в лейб-гвардии Атаманский полк. С атаманцами участвовал в боевых действиях Первой мировой войны. После развала фронта вернулся на Дон, где встал на сторону Белого движения. Прошел всю гражданскую войну – сражался в донских степях, ходил в Кубанские походы с Добровольческой армией, участник Ледяного похода.

Николай Туроверов покинул Россию на одном из последних пароходов во время великого исхода 1920 года. Потом его строки, посвященные тем трагическим ноябрьским дням, долго цитировали, зачастую даже не зная автора:

Уходили мы из Крыма
Среди дыма и огня,
Я с кормы все время мимо
В своего стрелял коня.

Вместе с тысячами казаков и русских офицеров оказался в лагере на Лемносе, а затем в Сербии, принявшей эту волну эмиграции, где работал лесорубом и мукомолом; в 1922 году Николаю Туроверову удается перебраться в Париж. По ночам он разгружает вагоны, а днем посещает лекции в Сорбонне, потом работа в банке, где он проработает почти 40 лет. В Париже в 1928 году издает свой первый сборник стихов «Путь». Основные темы его стихов в этом сборнике – степь, станица, Новочеркасск.

Большую часть своей жизни Николай Николаевич Туроверов прожил в столице Франции, но в стихах поразительно точно, без единого лишнего слова, возвращался к родным краям, увидеть которые ему уже так и не было суждено.

И слез невольно сердце просит,
И я рыдать во сне готов,
Когда вновь слышу в спелом просе
Вечерний крик перепелов.

«Голгофа» Белого дела, осмысление новой роли, которую русским изгнанникам суждено было сыграть в страшном двадцатом веке, воспоминания о пережитых днях, разломавших и его собственную жизнь, и судьбы современников – вот основные темы стихов Туроверова. Он мог выразить то, что терзало тысячи его соотечественников, мысли и чувства бывших подданных Российской империи, ставших эмигрантами. Их основным смыслом жизни становились воспоминания.

Что теперь мы можем и что смеем,
Полюбив спокойную страну,
Незаметно, медленно стареем
В европейском ласковом плену.

Популярность Туроверова была необычайна, особенно в военных и казачьих кругах русского зарубежья. В эмиграции он был тем, чем были для своих современников Есенин или Высоцкий – настоящим народным поэтом.

«Глубина чувства и мысли, штриховая образность, реальность, скупая сжатость слов и звучность его стихов, как бы кровно вырываются из сердца, любящего и знающего казачий быт… Николай Николаевич начал читать свои стихи… Окончено. Минутная тишина, тишина забытья и дружный взрыв аплодисментов. А потом совершенно незнакомые люди, видевшие впервые Туроверова, шли к нему, жали руку, со слезами на глазах целовали его. Крепкая любовь казака к своему родному краю, так легко совмещавшаяся со служением России, не всегда и не всем, не-казакам, понятная, казалось, была понята всеми, заразила своей силой, объединила всех». Так писал о выступлении Туроверова его друг, еще один знаменитый поэт русского Парижа Владимир Смоленский. Стихи Туроверова появлялись в казачьих газетах и журналах, их переписывали и читали на русских военных и литературных вечерах повсюду, где жили изгнанники из России – Аргентине и Алжире, США и Сербии. И, конечно, Франции – страны, в которой он прожил пятьдесят два года и для которой он нашел такие потрясающие слова.

Лучшие тебе я отдал годы,
Все тебе доверил, не тая –
Франция, страна моей свободы,
Мачеха веселая моя.

Но, кроме своего фантастического поэтического таланта, которым он согрел столько людей, Туроверов был еще и историком, и издателем, и организатором выставок. И сегодня специалисты считают его одним из лучших знатоков казачьей иконографии и русского портрета. Если в Париже открывались выставки «Казаки», «Суворов», «1812 год», «Лермонтов», то не было никаких сомнений – за ними стоял этот невысокий, плотный человек. Великий поэт казачества.

Именно Николай Николаевич сделал все, чтобы сохранился музей его родного Лейб-гвардии Атаманского полка, вывезенный казаками в Париж. Он был главным хранителем уникальной библиотеки генерала Дмитрия Ознобишина, публиковал статьи по истории казачества и русской военной славы. Он правдами и неправдами доставал средства, чтобы выкупать очередную русскую военную реликвию, появившуюся на какой-нибудь парижской барахолке. В научной работе Николай Николаевич всегда был очень тщателен и точен.

«Казачий альманах», «Русская военная старина», календари – чем только не занимался Туроверов. Это вообще довольно сложно представить – все потеряно, кругом чужая речь, нищета, а Туроверов готовит очередную выставку или очередное заседание кружка казаков-литераторов. Он не давал окружающим опускать руки, он заряжал своих товарищей энергией и силой, которая помогала жить.

Искать я буду терпеливо
Следы казачьей старины:
В пыли станичного архива,
В курганах древней целины.
В камнях черкасского раската,
На приазовских островах,
В клинке старинного булата,
В могильных знаках и словах.

23 сентября 1972 г. Н.Н.Туроверов скончался в Париже. Похоронен на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа.

Источник